Директор ЦИТО Сергей Миронов: "Нам есть чем гордиться"

Аббревиатура ЦИТО широко известна по всей стране. История Центрального института травматологии и ортопедии имени Н. Н. Приорова началась более 90 лет назад. Первоначально там проходили лечение инвалиды Первой мировой и Гражданской войн. В годы Великой Отечественной войны на базе института был создан эвакогоспиталь, который специализировался на гнойной хирургии и огнестрельной патологии. После войны весь Советский Союз серьезные травмы лечил в ЦИТО. Наш собеседник - главный травматолог-ортопед Минздравсоцразвития России, директор ЦИТО, доктор медицинских наук, профессор, академик РАН и РАМН, заслуженный деятель науки, заслуженный врач России, лауреат Государственной премии РФ Сергей Миронов рассказывает о современной российской медицине и перспективах ее развития на примере возглавляемого им института.

   - Сергей Павлович, вы уже 14 лет возглавляете научно-лечебное учреждение, известное не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами. Что институт представляет собой сегодня?

   - Сегодня ЦИТО - это крупнейшая в стране база научных исследований в области диагностики и лечения в травматологии, ортопедии, костной патологии как у взрослых пациентов, так и у детей. ЦИТО - это 11 клинических отделений, включая три детских, реанимационно-анестезиологическая и реабилитационная службы, несколько клинических, научно-исследовательских и экспериментальных лабораторий, две поликлиники, а главное - большой сплоченный коллектив ученых, врачей, медсестер, техников. Современное лечебно-диагностическое оборудование, знания и опыт персонала, активное международное сотрудничество позволяют проводить в ЦИТО весь спектр операций нашего профиля.

   - На территории ЦИТО я увидел строительство новых корпусов необычной формы. И кризис не помеха... Что это будет и когда?

   - Сейчас, при активном участии и помощи нашего министерства, достраиваем научно-лабораторный и реабилитационный корпуса. В ближайшие годы, надеюсь, завершится оформление ЦИТО как уникального научно-исследовательского и лечебного комплекса.

   - Какими достижениями вы сегодня можете гордиться?

   - Нет смысла долго и сложно описывать все то, чем занимаются наши специалисты,  перечислю только некоторые направления. В последние годы мы активно проводим по новым методикам малоинвазивные операции (наиболее безболезненные, с щадящим хирургическим вмешательством. - С. К.). Делаем их пожилым людям, у которых на фоне остеопороза часто возникают переломы таза, шейки плеча или бедра, эти операции у нас идут "на потоке". Больные после таких операций быстро, на второй-третий день, идут на выписку.

   В отделениях костной патологии, эндопротезирования занимаемся заменой пораженных суставов на искусственные - устанавливаем эндопротезы. Причем значительная часть их - отечественные, разработанные совместно с Московским авиационно-технологическим институтом. Эти эндопротезы - современное воплощение идей ученого ЦИТО Константина Митрофановича Сиваша, который первым в мире применил принципиально новый, неразборный эндопротез тазобедренного сустава.

   В отделении вертебральной хирургии наши врачи успешно борются с патологиями и деформациями позвоночника, сколиозами и кифозами, которые, к сожалению, сегодня очень распространенные диагнозы.

   Особая категория - это повторные операции после неудачного хирургического вмешательства. К сожалению, нам зачастую приходится "переделывать" за своими коллегами из многих регионов страны, которые порой в погоне за бюджетными деньгами берутся за любые операции.

   Традиционно в ЦИТО очень сильная микрохирургия: у нас мастерски сшивают периферические сосуды, нервы, устраняют дефекты костей и мягких тканей. Такие операции проводятся с помощью специальных микроскопов с многократным увеличением, что позволяет успешно осуществлять реплантацию отсеченных частей конечностей. Недавно нам привезли двухлетнюю девочку из Ингушетии, ее рука попала в электромясорубку. Операция была не простая, но наши хирурги практически восстановили работоспособность кисти у малышки. А один утраченный палец пересадили со стопы.

   Кроме стационарной, мы активно развиваем амбулаторную помощь, не требующую госпитализации. Так, например, начинаем делать артроскопические операции на суставах в поликлинических условиях, операции на кисти, стопе и многое другое.

   - Насколько сегодня наука помогает развивать новые методики лечения?

   - В области травматологии и ортопедии сегодня необходимы совместные усилия врачей и специалистов в биомеханике, кибернетике, химии... Наша задача - объединить новейшие достижения науки и практику.

   Совместно с учеными-микроэлектронщиками занимаемся разработкой чипов, которые, надеюсь, в обозримом будущем, после проведения экспериментов, будем применять у пациентов с повреждениями спинного мозга.

   На базе ЦИТО работает центр по изучению остеопороза, который занимает четвертое место в мире по своей распространенности. В России около 25 миллионов людей, в основном это женщины пожилого возраста, страдают остеопорозом. Наши специалисты довольно успешно занимаются разработками медикаментозной и метаболической терапии в эксперименте и клинике с применением самых современных препаратов, которые эффективно улучшают процессы минерализации костной ткани.

   Финансов, правда, для науки в полном объеме не хватает.

   - Сергей Павлович, давайте поговорим о платной и бесплатной медицине. В каких пропорциях они у вас существуют?

   - Госпитализацию и сложную высокотехнологичную операцию оплачивает государство персонально по федеральным квотам,  операции и прием в поликлиниках осуществляются по полисам обязательного медицинского страхования (ОМС), либо через страховые компании.

   Большая часть операций у нас проходит совершенно бесплатно для пациентов, по квотам. Квоты на высокотехнологическую помощь, как и система субсидирования - выделение денег с возможностью внутреннего перераспределения, на которую мы переходим в этом году, - это новации последних лет. Хорошо это или плохо? Квоты позволяют равномерно распределить поток нуждающихся в сложных операциях пациентов из различных регионов по ведущим профильным профессиональным медицинским центрам, тем самым формируя их потоки финансирования за счет госбюджета. В целом введение системы квот я оцениваю положительно. Их перечень, возможно, следует расширить. Квоты позволяют повышать уровень зарплаты эффективно работающим медучреждениям.

   Как я уже отметил, часть операций оплачивается пациентами, не имеющими квот через полисы добровольного медицинского страхования (ДМС), и подобная практика широко развита в Европе и в Америке.

   - Обязательное или добровольное страхование граждан не защищает их от врачебных ошибок. Пациенты в таких случаях с разным успехом судятся. А кто защитит врачей в таких случаях? Как вы оцениваете необходимость принятия закона "Об обязательном страховании ответственности медицинских работников"?

   - Закон этот, бесспорно, нужен и важен. Существует много общественных организаций, которые защищают пациентов. И очень мало структур, стоящих на защите врача. Врачебные ошибки, подчас трагические, в том числе с фатальным исходом, бывают в лечебной практике почти каждого медицинского учреждения. Созданный природой или Богом человеческий организм - не машина. И всякое бывает даже у маститых академиков, а  травматология и ортопедия относятся к наиболее рискованным разделам медицины. Страхование риска и ответственности медицинского работника может стать определенной защитой человека в белом халате, за совершенную ошибку настоящий Врач с большой буквы наказывает себя сам. Сильнее всякого закона и кодекса. Кроме того, допустивший разгильдяйство или халатность врач становится изгоем в своей среде.

   Однако закон не должен стать защитой для непрофессионала, он должен защитить врача от непреднамеренных, совершенных не по его вине ошибок.

   - Какого еще закона, на ваш взгляд, не хватает нашей медицине?

   - Нам остро не хватает законодательной базы для трансплантации органов. В России, в отличие от европейских стран и США, забирать органы у погибших детей запрещено. На мой взгляд, принятию инструкции о констатации смерти мозга у ребенка, равно как и развитию посмертного донорства вообще, у нас мешает ментальность общества. Америке не мешает, поэтому там делают десятки тысяч операций в год по пересадке органов от умерших к больным, в крайне религиозной Испании после отмены церковных запретов - ренессанс трансплантологии. А у нас считанные единицы и только взрослым: может быть, позитивную роль сыграет новый Закон об охране здоровья граждан.

   А пока, к примеру, операция по трансплантации того или иного органа у ребенка возможна только за рубежом и стоит астрономически дорого.

   - Сергей Павлович, расскажите о своей маме, легендарной Зое Сергеевне Мироновой, которая была не только выдающимся хирургом-травматологом, но и организатором клиники спортивной и балетной травмы ЦИТО, которую вы позже возглавили. В вашем случае, бесспорно, семейственность стала благом для института и страны... Зоя Сергеевна направляла вас в выборе профессии?

   - Моя мама, многократная чемпионка страны по конькобежному спорту, более 60 лет отдала лечению травм. В 1940 году она закончила мединститут. Потом война, госпиталь, раненые, операции... После войны стала спортивным травматологом. С 1952 года, когда СССР вернулся в олимпийскую "семью", по 1980-й мама была главным врачом советской сборной на Олимпийских играх. Можно сказать, через ее руки прошли выдающиеся спортсмены Всеволод Бобров, Лев Яшин, Юрий Власов, Валерий Харламов, Александр Якушев, Владимир Шадрин, Виктор Санеев... знаменитые артисты цирка и балета. Она 40 лет руководила клиникой спортивной, балетной и цирковой травмы ЦИТО, заложила семейные традиции не только профессионального, но и человечного отношения к пациенту.

   В моем выборе профессии, конечно, мама сыграла определенную роль. А начинал я в ЦИТО, сначала санитаром, медбратом, потом врачом, научным сотрудником в отделении детской травмы, в институте в итоге я работаю около 40 лет. Это годы не простого, но плодотворного труда, приносящего людям здоровье. Мне, как и моим коллегам по ЦИТО, есть чем гордиться.

   - От коллектива "Московской правды" и наших читателей желаю вашему институту как можно больше вылеченных больных.

Беседу вел Сергей КАПУСТИН.

Источник: mospravda